Повна версія

Головна arrow Психологія arrow Загальна психологія: Хрестоматія

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   ЗМІСТ   >>

Трудности

При всех преимуществах непосредственного образного запоминания оно вызвало у Ш. естественные трудности, трудности становились тем более выраженными, чем дальше Ш. был принужден заниматься запоминанием большого и непрерывно меняющегося материала, - а это стало возникать все чаще тогда, когда он, оставив свою первоначальную работу, стал профессиональным мнемонистом...

Начинается второй этап - этап работы над упрощением форм запоминания, этап разработки новых способов, которые дали бы возможность обогатить запоминание, сделать его независимым от случайностей, дать гарантии быстрого и точного воспроизведения любого материала и в любых условиях.

Эйдотехника

Первое, над чем Ш. должен был начать работать, - это освобождение образов от тех случайных влияний, которые могли затруднить их "считывание". Эта задача оказалась очень простой.

'я знаю, что мне нужно остерегаться, чтобы не пропустить предмет, - и я делаю его большим. Вот я говорил вам - слово 'яйцо". Его легко было не заметить... и я делаю его большим... я прислоняю к стене дома, и лучше освещаю его фонарем..."

Увеличение размеров образов, их выгодное освещение, правильная расстановка - все это было первым шагом той "эйдотехники", которой характеризовался второй этап развития памяти Ш. Другим приемом было сокращение и символизация образов, к которой Ш. не прибегал в раннем периоде формирования его памяти и который стал одним из основных приемов в период его работы профессионального мнемониста.

"Раньше, чтобы запомнить, я должен был представить себе всю сцену. Теперь мне достаточно взять какую-нибудь условную деталь. Если мне дали слово "всадник", мне достаточно поставить ногу со шпорой... Теперешние образы не появляются так четко и ясно, как в прежние годы... Я стараюсь выделить то, что нужно..."

Прием сокращения и символизации образов привел Ш. к третьему приему, который постепенно приобрел для него центральное значение.

Получая на сеансах своих выступлений тысячи слов, часто нарочито сложных и бессмысленных, Ш. оказался принужден превращать эти ничего не значащие для него слова в осмысленные образы. Самым коротким путем для этого было разложение длинного и не имеющего смысла или бессмысленной для него фразы на ее составные элементы с попыткой осмыслить выделенный слог, использовав близкую к нему ассоциацию...

Мы ограничимся несколькими примерами, иллюстрирующими ту виртуозность, с которой Ш. пользовался приемами семантизации и эйдотехники...

В декабре 1937 г. Ш. была прочитана первая строфа из "Божественной комедии".

Nel mezzo del camin di nostra vita

Mi ritrovai per una selva oscura,

Che la diritta via era smarita,

Ahi quanta a dir quai era e cosa dura.

Как всегда, Ш. просил произносить слова предлагаемого ряда раздельно, делая между каждым из них небольшие паузы, которые были достаточны, чтобы превратить бессмысленные для него звукосочетания в осмысленные образы.

Естественно, что он воспроизвел несколько данных ему строф "Божественной комедии" без всяких ошибок, с теми же ударениями, с какими они были произнесены. Естественно было и то, что это воспроизведение было дано им при проверке, которая была неожиданно проведена... через 15 лет!

Вот те пути, которые использовал Ш. для запоминания:

"Nel" - я платил членские взносы, и там в коридоре была балерина Нельская; меццо (mezzo) - я скрипач; я поставил рядом с нею скрипача, который играет на скрипке; рядом - папиросы "Дели"-это "del"; рядом тут же я ставлю камин (camin), di~ это рука показывает дверь; nos - это нос, человек попал носом в дверь и прищемил его; tra - он поднимает ногу через порог, там лежит ребенок - это vita, витализм; ті - я поставил еврея, который говорит "ми - здесь ни при чем"; illrovai - реторта, трубочка прозрачная, она пропадает, - и еврейка бежит, кричит ей "ваб"- это vai... Она бежит, и вот на углу Лубянки-на извозчике едет per - отец. На углу Сухаревки стоит милиционер, как единица (una). Рядом с ним я ставлю трибуну, и на ней танцует Сельва (selva); но чтобы она не была Сильва - под urn помаются подмостки - это звук V...

Мы могли бы продолжить записи из нашего протокола, но способы запоминания достаточно ясны и из этого отрывка. Казалось бы, хаотичное нагромождение образов лишь усложняет задачу запоминания четырех строчек поэмы; но поэма дана на незнакомом языке, и тот факт, что Ш., затративший на выслушивание строфы и композицию образов не более нескольких минут, мог безошибочно воспроизвести данный текст и повторить его... через 15 лет, "считывая" значения с использованных образов, показывает, какое значение получили для него описанные приемы...

Чтение... протоколов может создать естественное впечатление об огромной, хотя и очень своеобразной логической работе, которую Ш. проводит над запоминаемым материалом.

Нет ничего более далекого от истины, чем такое впечатление. Вся большая и виртуозная работа, многочисленные приемы, которые мы только что привели, носит у Ш. характер работы над образом, или, как мы это обозначили в заголовке раздела, - своеобразной эйдотехники, очень далекой от логических способов переработки получаемой информации. Именно поэтому Ш., исключительно сильный в разложении предложенного материала на осмысленные образы и в подборе этих образов, оказывается совсем слабым в логической организации запоминаемого материала, и приемы его "эйдотехники" оказываются не имеющими ничего общего с логической "мнемотехникой", развитие и психологическое строение которой было предметом такого большого числа психологических исследований. Этот факт можно легко показать на той удивительной диссоциации огромной образной памяти и полном игнорировании возможных приемов логического запоминания, которую можно было легко показать у Ш.

Мы приведем лишь два примера опытов, посвященных этой задаче. В самом начале работы с Ш. - в конце 20-х годов - Л. С. Выготский предложил ему запомнить ряд слов, в число которых входило несколько названий птиц. Через несколько лет - в 1930 г. - А. Н. Леонтьев, изучавший тогда память Ш., предложил ему ряд слов, в число которых было включено несколько названий жидкостей.

После того, как эти опыты были проведены, Ш. было предложено отдельно перечислить названия птиц в первом и названия жидкостей во втором опыте.

В то время Ш. еще запоминал преимущественно "по линиям", - и задача избирательно выделять слова одной категории оказалась совершенно недоступной ему: самый факт, что в число предъявленных ему слов входят сходные слова, оставался незамеченным и стал осознаваться им только после того, как он "считал" все слова и сопоставил их между собой...

Мы сказали об удивительной памяти Ш. почти все, что мы узнали из наших опытов и бесед. Она стала для нас такой ясной, - и осталась такой непонятной...

Лурия А. Р. Маленькая книжка о большой памяти (Ум мнемониста). - М.: Московский университет, 1968. - С. 10-35.

 
<<   ЗМІСТ   >>